Вторник, 20.11.2018. Погода

И эта старая развесистая акация, и школа, и весь Рабочий городок, и друзья-одноклассники, и мама, даже самая маленькая травиночка – все это Родина. Только сейчас, в предутренний час,

на выпускном балу мальчишки вдруг поняли, что кончилось детство, им надо начинать самостоятельную трудовую жизнь. Кто что выберет? Будет завод, шахта, а может, опять аудитория, только теперь студенческая. И это тоже Родина. А небо? Синее-синее утреннее, когда еще и не вставало солнце, и с легкими, словно из ваты, облаками, в дождевых тучах и усыпанное звездами? Родина.

Как счастливы были еще вечером выпускники школы № 13, а утром… война! Ворвалась пожарами, смертью, рушились дома, мосты, все, что строили отцы, матери.

В семье Ильченко не спали. Ждали сына. Виктор пришел позже обычного:

- Извини, мамочка, задержался. С ребятами решали, как жить будем.

- Ну и как, решили? – спросила бабушка.

- Да, пойдем на фронт.

- Что же это делается, - начала сокрушаться пожилая женщина, - чтобы дети на фронт?

Мать как бы между прочим заметила:

- Отступают наши, по радио сообщали.

- Отступают, а потом будут наступать, - ответил сын, то ни к кому не обращаясь.

Отец не отговаривал: сын прав, нельзя сидеть сложа руки, ждать, когда «его год призовут», комсомолец ведь. Но чтобы не тревожить лишний раз мать, все же сказал:

- Погодил бы, подучился, пока самолет дадут.

На этом семейный совет окончился, а утром, ни свет, ни заря Виктор ушел на аэродром. «Вот и все, - думала Анна Алексеевна, бесшумно двигаясь по комнате, - сын стал взрослым, он сам решил, как ему дальше жить, даже не посоветовался, а ведь знает, что мать ждала от него других слов».

Ее Витя был таким, как и все другие мальчишки рабочего поселка – сбивал коленки, рвал штаны, портил бумагу, в тетрадях рисовал самолеты. Виктор всегда чем-то увлекался – спортом, книгами, самолетами.

- Уже в старших классах учился, когда мы с отцом узнали, - вспоминала Анна Алексеевна, - что в аэроклуб записался. С вечера идет спать, обязательно предупредит: «Мама, разбуди, пожалуйста, в два часа ночи, на аэродром надо». Я думаю: ладно, ложись, а там видно будет. Ра или два проспал, а потом не стал обращаться, только слышу – тихонько подойдет к постели, скажет: «Мама, закрой дверь», и так же тихонько выйдет.

Рассветы у нас холодные, «мокрые», а он в одной рубашонке, только посмотрю, как быстро идет через балку. Очень ему, видно, нравились самолеты. Скрытный был какой-то. Спросишь, бывало, ну, чем тебя этот аэродром приворожил, хоть бы летал, а то ведь чистит, убирает, весь в масле, а он в ответ: «Буду и летать, а опасно или нет, зачем тебе знать это, мама?». Вот и все. Когда наши отступали, и он ушел. Два года прибавил себе, чтобы 19 было.

Не получала весточки от единственного сына, пока освободили Макеевку от фашистских захватчиков. Слышит мать – стрекочет над поселком самолет. Вышла на порог. «Кукурузник» кружит над головой. То тише, то громче его рокот. Забилось сердце у Анны Алексеевны: «Не мой ли?..».

- Смотрите, пошел на посадку! – закричали мальчишки.

Действительно, самолет пролетел очень низко, над самыми головами, чуть не задел крыши домов и сел за крайними хатами. Ребята бросились к краснозвездному У-2. И сразу вернулись, плотным кольцом окружив молодого, стройного русоволосого летчика.

- Батюшки, внучек мой! – закричала бабушка.

- Цел, невредим? – мать не скрывала слез.

Фронт ушел на запад, улетели и соколы. Стали приходить солдатские треугольники: «Жив, здоров, летаю на истребителе…получил орден…». Никогда не было спокойно материнское сердце, хоть глаза улыбались. И вот тяжелое известие.

«Ваш муж, Ильченко Лука Ефремович пал в бою за социалистическую Родину, верный воинской присяге, в декабре 1943 года».

«Один ты у меня, сынок, - писала Виктору, - надежда и опора; если можно, береги себя». И словно в подтверждение, что понял ее, так и поступает, прислал вырезку из дивизионной газеты. С портрета улыбался офицер, грудь в орденах. «Неужели это наш Витька?». Корреспондент рассказывал, как гвардии лейтенант Ильченко в шестерке «Ил-2» вел бой с вражескими истребителями и одержал победу.

Свыше 250 успешных боевых вылетов на самолете «ИЛ-2» на штурмовку и бомбометание техники и живой силы противника сделал старший лейтенант В.Л. Ильченко за период пребывания на фронтах Великой Отечественной войны. 26 июня 1944 года его самолет был поврежден зенитным огнем противника. Несмотря на это, он привел его на свой аэродром и отлично посадил. Грудь макеевского сокола к этому времени украшали два ордена Красного Знамени, орден Красной Звезды, орден Славы 3 степени.

И так до самого Берлина. В апреле 1945 года Президиум Верховного Совета СССР за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и героизм присвоил Ильченко Виктору Лукьяновичу звание Героя Советского Союза.

Ему был 21 год, когда закончилась ненавистная война, когда он получил высокую награду. Радостно встречала героя Макеевка, город, в котором он родился и вырос, учился, впервые испытал ни с чем не сравнимое чувство высоты, всем сердцем полюбил чистое небо, за него был готов отдать жизнь.

Но оказалось, что главные испытания судьба уготовила Виктору Лукьяновичу не на полях сражений. Недолго пробыл герой в Макеевке, небо звало к себе, и он продолжил службу в Военно-Воздушных силах командиром звена штурмового авиаполка в Белорусском военном округе. И сегодня родной город не знает доподлинно, что произошло зимой 1946 года, как возник конфликт, закончившийся трагедией. 21 января 1946 года военный трибунал 1-й воздушной армии признал Виктора Ильченко виновным в совершении хулиганства и нанесении тяжких телесных повреждений и приговорил его к 4 годам лишения свободы с лишением воинского звания. Более того, 5 июня 1948 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Виктор Ильченко был лишён всех званий и наград.

Не выдержало ли сердце героя, или были иные причины, но 14 ноября 1949 года, за два месяца до освобождения Виктор Лукьянович скоропостижно скончался в заключении. И только в 1961 году он посмертно был восстановлен в звании Героя Советского Союза и правах на государственные награды.

Его сын Леонид рос без отца, мальчику был год от роду, когда пришлось проститься с отцом, и как оказалось, навсегда. Леонида воспитала бабушка. Так, как Виктора когда-то, до войны, отвела мальчишку в первый класс, так же следила, чтобы не очень шалил, вовремя и досыта поел. Леонид Ильченко стал рабочим человеком, трудился монтажником в строительном управлении № 114 треста «Донбассстальконструкция» в родном городе Макеевка.

 

Н. Прусакова